«Росатом» готовит СМП к круглогодичной навигации

Грузооборот на Северном морском пути (СМП) к началу 2030-х годов достигнет такого размаха, что суда должны будут ходить как электрички. К этому времени надо перейти к круглогодичному движению на арктическом маршруте, заявил гендиректор «Росатома» Алексей Лихачев на Международном транспортно-логистическом форуме в Санкт-Петербурге.

Севморпуть без пиратов

Мировую логистику лихорадит. Южные морские маршруты небезопасны из-за вооруженных конфликтов и пиратов. Задержки происходят в Суэцком канале, Красном море, Ормузском и Малаккском проливах, Гвинейском заливе и др.

«Все больше государств и компаний задумываются не только о скорости и стоимости перевозок — решающим фактором становится безопасность и устойчивость транспортных маршрутов и логистических цепочек, которые менее подвержены кризисам, военным конфликтам и другим внешним рискам. Россия может предложить миру такие решения», — подчеркнул президент Владимир Путин в видеообращении к участникам форума.

Речь, конечно, об СМП — наиболее коротком маршруте между Восточной Азией и Западной Европой. Путь через Суэц занимает 30–35 дней, через СМП — около 20. Когда в Суэцком канале пробка, суда делают крюк через мыс Доброй Надежды, это еще дольше — 40–45 дней.

Спецпредставитель «Росатома» по вопросам развития Арктики Владимир Панов заметил, что учитывать нужно не только протяженность маршрута, но и количество стран на нем: «Через Суэцкий канал судно движется вдоль 20 с лишним государств, в обход Африки — вдоль 30, а по СМП их всего шесть, и 70 % пути лежит в водах, за которые отвечает Россия, что гарантирует безопасность плавания».

Эффективный тандем

В нынешнем году, продолжил Владимир Панов, ледовые условия в Карском море более сложные, чем годом раньше. «Несмотря на это, сезонная навигация в западном секторе СМП осуществляется практически по расписанию — как автобусное движение», — подчеркнул он.

Особое внимание направлено на восточный сектор Арктики, наиболее сложный с точки зрения ледовой обстановки. «Грузопоток там растет. Мы вывели ледоколы на дежурство, чтобы обеспечить безопасное прохождение судов, в том числе неледового класса… Возможно, освоение восточной части СМП и переход на круглогодичную навигацию произойдет даже раньше, чем мы предполагаем», — добавил Владимир Панов.

К 2028–2030 годам интервал движения судов высокого ледового класса на СМП может сократиться до 12 часов, и арктический маршрут превратится в регулярную линию, считает председатель совета директоров «Совкомфлота», глава Совета участников судоходства по СМП Сергей Франк. К примеру, связка ледокола проекта 22220 и газовоза «Алексей Косыгин» (класс Arc7, самостоятельно преодолевает ровные однолетние льды толщиной до 1,7 м) продемонстрировала высокоэффективную работу в ледовых условиях. «Этот тандем и начнет круглогодичное плавание на СМП, включая восточный сектор, — впервые в истории. Мы совершали пилотные рейсы, но в навигацию 2026/2027 планируется организовать круглогодичный сервис», — рассказал гендиректор «Совкомфлота» Игорь Тонковидов. Он уточнил, что под сервисом в первую очередь имеет в виду транспортировку сжиженного природного газа в страны Тихоокеанского региона.

Коридор возможностей

Регулярная круглогодичная навигация на СМП — вполне близкая перспектива при условии развития инфраструктуры и технологий, считают участники форума.

В Арктике работают 43 ледокола, восемь из них — атомные. Четыре из этих восьми — новые, универсальные, проекта 22220. Еще три — «Чукотка», «Ленинград» и «Сталинград» — достраиваются. Строится и головной ледокол проекта 10510 «Лидер», который спроектирован специально для круглогодичной навигации на СМП и будет самым мощным в мире.

Но только ледоколами не обойтись. На это обратил внимание аудитории форума первый заместитель гендиректора «Росатома», директор блока по развитию и международному бизнесу Кирилл Комаров: «Для трансформации Севморпути в Трансарктический транспортный коридор необходимо решить несколько ключевых задач. Первая — обеспечение СМП надежным ледокольным сопровождением для перехода к круглогодичной навигации. Вторая — резкое увеличение флота судов ледового класса для перевозки больших объемов грузов. И третья — создание инфраструктуры, направленной на достижение соединенности этого маршрута и по вертикали, и по горизонтали с максимальным количеством других логистических маршрутов».

Пока ходить на СМП без ледоколов могут только пять российских контейнеровозов: «Норильский никель», «Талнах», «Надежда», «Мончегорск» и «Заполярный». Все — класса Arc7. А нужно как минимум 100 таких судов, считает Кирилл Комаров.

Недавно Объединенная судостроительная корпорация завершила аванпроект судна на 4,8 тыс. контейнеров для компании «Росатом Арктика». Такая вместимость экономически оправдывает круглогодичные линии, а класс Arc7 гарантирует, что на СМП судно обойдется без постоянной ледокольной проводки даже зимой. По плану этот контейнеровоз станет ключевым элементом регулярной линии Россия — Китай с перспективой выхода на Европу.

Три служения СМП

«У Северного морского пути, который уже стал международным транспортным коридором, есть три больших служения, — резюмировал Алексей Лихачев. — Это экспорт продукции северных добычных проектов. Это обеспечение транспортной связанности нашей страны — огромной территории, в том числе для северного завоза. И это международный транзит. Первые ласточки — транзит из портов Китая в порты Западной Европы. И по длительности, и по эффективности мы выигрываем у южных маршрутов. Теперь от пилотных проектов нужно двигаться к регулярным. Будущее Трансарктического транспортного коридора в 2030-е годы — круглогодичное использование его и СМП в российских транспортных задачах и в интересах международных перевозчиков. Сегодня мы фактически формируем новую экономику Арктики с уникальным ледокольным флотом и комплексной транспортной инфраструктурой».

Контекст

Грузопоток на СМП превышает 37 млн т последние два года, в этом году ожидается очередной рекорд. Растет интерес к международному транзиту: за летне-осеннюю навигацию 2025 года по маршруту прошло 400 тыс. т контейнерных грузов — в 2,3 раза больше, чем в 2024‑м (176 тыс. т).