Краевед из Новоуральска раскрывает тайны закрытого города

В истории родного края для Эллы Подгорновой нет мелочей. Почему у Новоуральска два дня рождения, как выглядели бараки в старом городе, как назывался первый спектакль в театре и кто придумал декор пряника «Березка» — об этом и многом другом вы узнаете из этого интервью.

Возвращение «Березки»

— Как вы увлеклись историей Новоуральска?

— Я родилась и выросла здесь. После пединститута устроилась в библиотеку. Как-то мне поручили провести мероприятие для старшеклассников на тему природы и экологии Урала. Я обложилась книжками, составила вопросы как в «Что? Где? Когда?». Все прошло хорошо. На том мероприятии была «мама» всех новоуральских краеведов — Ангелина Архиповна Акилова. Сейчас в память о ней проводятся Акиловские краеведческие чтения.

Ангелина Архиповна что-то во мне увидела и начала брать на экскурсии, рассказывала о городе. Теперь я заведую в библиотеке центром патриотизма «Родина», мы выигрываем гранты, запускаем разные проекты.

— Какие?

— Например, случайно выяснилось, что дизайн известного пряника «Березка» придумали в 1970-е годы новоуральские кондитеры. Мы решили рассказать об этом горожанам. Подали на конкурс социальных проектов ТВЭЛа заявку, чтобы организовать День пряника. Получили грант и с 2024 года осенью отмечаем новый праздник.

Сейчас у центра 10 краеведческих грантов. Мы работаем со всеми школами и очень востребованны. О Новоуральске в принципе мало информации. Даже люди старшего поколения плохо знают историю своей малой родины, а молодежь тем более.

— Это из-за секретности?

— Да, именно. Почти все документы, связанные с Новоуральском, хранятся на Уральском электрохимическом комбинате. Их постепенно рассекречивают, к памятным датам выпускают брошюры, публикации в газетах. Но прийти в архив комбината и поработать с материалами нельзя.

Особенно засекреченный период — до 1960-х. Многие знать не знают, что у Новоуральска две даты рождения. Официально он существует с 1954 года, но первые дома появились в 1942-м, первая школа — в 1947-м, театр — в 1951 году. История такая. В 1941 году здесь, в тайге, начали строить авиационный завод. Из-за войны Германия прекратила поставки оборудования, и на это место эвакуировали завод № 261, выпускавший шасси для самолетов. Сотрудники завода обживались, а когда война закончилась и производство увезли, город стал не нужен. Он должен был исчезнуть. Но Исаак Кикоин (выдающийся физик-экспериментатор, организатор разделительных производств. — «СР») предложил построить на площадке комбинат. Закончилась одна история, и началась другая.

Старые фотографии

— Где вы берете информацию?

— В городском архиве, музее и у людей. Одна женщина рассказала, как девочкой жила в «фанерном» поселке — одном из первых «микрорайонов»: «Дома были из фанеры. Моя кровать стояла у внешней стены. Раз зимой ударили 40-градусные морозы, по ночам моя коса примерзала к стене. Мама прибегала с горячим чайником, поливала косу, и тогда я могла встать и пойти в школу». Ровесник этой женщины рассказал, что прямо в центре города была горнолыжная трасса. Что в бараках не было туалетов — только на улице, и зимой мальчишки бегали в казарму воинской части — поиграть в шахматы и шашки в холле, а заодно сходить в благоустроенный туалет. От старожилов я узнала и историю названия первой улицы города.

— Расскажите, пожалуйста.

— До 1945 года центральная улица была безымянной. На ней стояло-то всего восемь деревянных двухэтажек. Житель этой улицы в ночь с 8 на 9 мая дежурил на заводе и первым в городе узнал о победе над фашистами. Смена заканчивалась ранним утром, и, чтобы не перебудить всех, он придумал такой способ сообщить радостную новость: написал на листочках бумаги углем «ПОБЕДА», пришпилил к каждому дому и ушел спать. Когда соседи дежурного прочли послание, пришли в восторг и решили, что улицу надо назвать в честь Победы. Это даже на старых картах сохранилось. Потом улицу переименовывали несколько раз — Берии, Сталина. Последнее — Ленина.

— Вы с мужем ведете сайт «Хроники Новоуральска» и страницу во «Вконтакте» с тем же названием. Это еще один способ ликвидировать пробелы в истории?

— Конечно! На сайте мы публикуем исследования, воспоминания, во «Вконтакте» каждый день обновляем фотогалерею и просим посетителей написать, если они что-то знают о том, что на снимках. Получаем бездну комментариев. Многие горожане дарят нам фото из домашних архивов, рассказывают семейные истории. У нас есть снимки, которых нет больше ни у кого.

— Но ведь город нельзя было фотографировать в советское время?

— Да, в 1954-м, как только город получил статус закрытого, съемку запретили. Все равно фотографировали — на свой страх и риск. Самая распространенная композиция — семья у своего дома или театра. Были смельчаки, которые фотографировали панорамы. Хорошо, что их творчество дошло до наших дней. Например, все краеведы знали, что в старой части города были бараки, но никто не представлял, как они выглядели. Тут приходит человек и приносит фото с этими бараками: «Вот я маленький, меня отец снимал». Настоящее открытие! Дарят снимки выдающихся людей, чьих фото в официальных архивах не сохранилось. Например, так к нам попал портрет Героя Советского Союза Степана Неустроева.

О жизни арестантов

— Неудобными темами занимаетесь?

— Единственная историческая тема, которая до сих пор вызывает споры в городе, — это заключенные. Я подхожу к ней осторожно. Есть люди, которые считают, что заключенных убивали сотнями, хоронили где попало и весь город — сплошное кладбище, стоит на костях. Я не нашла этому ни одного подтверждения. Есть известные места захоронения. Одно небольшое кладбище — прямо в центре, рядом с Вечным огнем и местом, где был лагерь. Заключенных хоронили еще на старом кладбище. О других захоронениях я информации не нашла.

Есть документы и воспоминания, из которых следует, что заключенные жили лучше, чем солдаты стройбата, даже подкармливали солдатиков хлебом. Известно, что работали прекрасно. Театр построили всего за 11 месяцев. Это невероятно быстро. На стройке было правило: перевыполнил норму — день засчитали за два. Передовики часто получали досрочное освобождение.

— Правда, что город строили осужденные за мелкие преступления?

— У нас были в основном бытовики и политические — по большей части власовцы и те, кто рассказывал анекдоты про Сталина и сел по доносу. Убийц, насильников или блатных не было.

Семь лагерей были разбросаны по всей современной территории города. Очевидцы вспоминали, как выводили на работу заключенных. Первые уже приступали к делу, когда последние еще выходили из ворот, — так много их было. Колонна по четыре человека растягивалась на 1,5–2 км. Перейти дорогу, по которой течет это море, нельзя. Стой и жди, даже если опаздываешь на работу. За три-четыре опоздания тогда могли дать срок.

После смерти Сталина основную часть заключенных амнистировали. Многие остались жить в городе, проявили себя людьми честными, порядочными, кто-то сделал хорошую карьеру.

Первое «Счастье»

— Есть у вас любимое место в Новоуральске?

— Недавно отреставрированная аллея Молодежи. Была полузаброшена — теперь красивая, современная. Еще люблю зеленые уголки. В черте города, в лесной зоне, есть экотропа «Васильховая». Ее оформил известный горнолыжник и турист Василий Ольхов с соратниками. Каждые 10–15 м — качели, скамейки, необычные кормушки. Есть резная Баба-яга. По пути красивые виды. Василий складывает о них легенды. О расколотой надвое скале, например, — историю в духе Ромео и Джульетты. Юноша и девушка из враждующих племен полюбили друг друга, но их разлучили. Они обратились в две вершины, которые никогда не соединятся.

— То есть городской фольклор создается прямо у вас на глазах?

— Это же так здорово, когда история пишется при тебе!

У нас много древних топонимов, оставшихся от манси, их еще называли вогулами, и тюркских народов. Река Бунарка, гора Мурзинка — тюркские, река Нейва — коми-пермяцкая. Обо всех есть красивые древние сказания, мы их знаем и передаем следующему поколению.

Отдельная часть городского фольклора — истории об основателях и первостроителях. Многие старожилы помнят первый в нашем театре спектакль. Он был о том, как хорошо жить в стране Советов, и назывался «Счастье». Открывался занавес, на сцене спиной к зрителям стоял человек, который сажал деревце и попыхивал трубкой. Зал ахал от осознания, что это Сталин, и разражался аплодисментами. Много историй о Берии: как он приезжал на бронированном поезде, раздавал детям мороженое и конфеты, грозился посадить нерасторопных сотрудников.

— В атомных городах относятся к Берии с симпатией, поскольку его вклад в развитие отрасли огромен. Но персона неоднозначная. Вы, когда рассказываете о нем детям, как расставляете акценты?

— Начнем с того, что современные дети ничего не знают ни о Берии, ни о Сталине. Еще 10 лет назад хотя бы понимали контекст: указы писал Сталин, Берия отвечал за атомную отрасль. Сейчас даже девятиклассники ни сном ни духом. О Лаврентии Павловиче я рассказываю только хорошее. Когда ребята будут в 10–11-м классе, узнают из учебников другие подробности. Это не потому, что я испытываю к Берии симпатию. Я и факты о других сглаживаю. Дети вырастут, уедут поступать в институты, большинство на малую родину не вернется. Моя цель — сделать так, чтобы они с гордостью говорили: «Я из Новоуральска, мое детство прошло в лучшем месте».

— Многие новоуральцы, отучась в других городах, домой не спешат? У вас самой не было желания жить в большом городе?

— Я родилась в 1976 году, и мое детство пришлось на самый благополучный для Новоуральска период. В конце 1960-х у нас открылся Уральский автомоторный завод, филиал ЗИЛа. Построили большой жилой район, детские сады, школы, поликлиники, больничный городок, аллеи, бульвары. В магазинах было все что пожелаешь. С перестройкой стало похуже, очереди появились. У ЗИЛа начались трудные времена, и он закрылся.

В 1994 году я приехала учиться в Екатеринбург и увидела, как живут там — без денег, без работы. У нас была совсем другая обстановка. УЭХК процветал, с подачи директора Виталия Корнилова стал продавать уран за границу. Новоуральск обеспечивался от и до, в 1990-е даже появился еще один большой район. Глупо было уезжать из такого места. Люди со всей страны стремились сюда попасть. Население выросло почти до 100 тыс. А в Екатеринбурге меня никто не ждал. Родилась дочь, и я вернулась. Больше меня никуда не тянуло.

Я посвятила краеведению жизнь и счастлива, что так сложилось. Мечтаю написать книгу о Новоуральске для 4–6-х классов. Увлекательную, с красивыми иллюстрациями и интересными фотографиями. Локальная идентичность — это важно. Я всегда говорю взрослым и детям: история большой Родины начинается с истории малой. Нужно узнать свою семью, свой двор, район, город — и тогда ты будешь чувствовать себя частью большой истории.