Проект по созданию линейки медицинских лазеров был признан одним из четырех лучших на итоговой конференции образовательной программы «Авангард». Андрей Березин, разработчик проекта из Всероссийского научно-исследовательского института технической физики (ВНИИТФ), рассказал «СР», зачем инженерам понадобились долгие беседы с хирургами, почему педаль лазера должна быть безразмерной и как снять пользовательские «боли».

— Как давно вы работаете в «Росатоме»?

— Уже 23 года. В 2000‑м окончил Томский государственный университет по специальности «физика», после чего был принят в штат ВНИИТФ. Начинал с должности инженера-исследователя. Через четыре года стал начальником группы, еще через пять лет — ​заместителем начальника отдела. В 2013 году защитил кандидатскую диссертацию, стал начальником научно-исследовательского отдела по разработке лазеров специального конструкторского бюро по лазерным системам и комплексам. Последние девять лет работаю в этой должности.

— Как вы попали в программу «Авангард»?

— В нее набирали людей деятельных, заметных, активно проявляющих себя в работе. Преимущественно это руководители среднего звена — ​начальники отделов, заместители начальников отделений. У таких сотрудников неинертное мышление, но часто им не хватает инструментов для успешного продвижения своих идей. От нашего предприятия направили 20 человек, в том числе и меня. Мы восприняли это как возможность для развития, ведь мы работаем на режимном предприятии, нам редко удается неформально пообщаться с коллегами.

— Знаю, что над проектом, который представила ваша команда, вы начали работать еще до «Авангарда». Расскажите о нем.

— Наш проект ориентирован на медицину. Он включает три лазерных аппарата. Мы общались с челябинскими врачами, ​они сказали, что им нужен лазер, который можно использовать как скальпель-остеоперфоратор, чтобы вскрывать кости и убирать гной. Импортные хирургические скальпели дорогие, и врачи ждут появления отечественного аналога. В 2018 году за счет собственных средств института мы сделали тулиевый оптоволоконный лазер мощностью 40 Вт. Мы назвали его «Лазер-тул». Но наладить серийное производство тогда не получилось из-за сложностей с финансированием и регистрацией продукта как медицинского изделия. В прошлом году внутри ядерного оружейного комплекса появился «Русатом РДС» — ​интегратор, который сейчас помогает продвинуть нашу разработку на рынок.

— Что происходило с вашим продуктом, когда вы пришли в программу «Авангард»?

— Он проходил апробацию в Сеченовском университете в Москве. Весной мы отдали его медикам, его испытывали четыре команды хирургов.

— «Авангард» вам помог? Как вы применили полученные знания при общении с потенциальными заказчиками из Сеченовки?

— Нам объяснили, как нужно проводить глубинное интервью с пользователями продукта, как снимать их «боли». В нашем случае это хирурги. Во время программы мы провели с ними несколько более структурированных бесед. Оказалось, что для врачей важны не только мощность и длина волны, но и удобство использования. Например, дисплей должен быть наклонен под определенным углом, чтобы его видел оперирующий хирург, инструмент должен плотнее сидеть в руке, кнопки управления должны располагаться в другом месте, а не так, как у нас было изначально. Педаль лазера хирург использует во время операции для переключения режимов устройства, потому что руки у него заняты. Выяснилось, что эта педаль должна быть такой, чтобы любая нога туда входила.

— То есть раньше ваш прибор был неуклюжим, а теперь вы поработали над эргономикой?

— Да, наш лазер был не очень эргономичным. Таким, каким его могло сделать оборонное предприятие. Иногда мы делаем продукт, думая, что он идеальный и подходит рынку. А по факту — ​мимо цели. Потребителю нужно совсем другое. Мы собрали все пожелания хирургов и отдали их дизайнерам. Было приятно видеть, как наш лазер обрел утонченность, подстроился под клиента.

— Что происходит с ним сейчас?

— Есть четкое понимание, как продукт должен выглядеть. Выделено финансирование на дальнейшие работы. К середине 2025 года он будет полностью готов, выйдет на рынок. Мы надеемся, что он будет внесен в реестр обязательного оснащения больниц и им будут пользоваться хирурги по всей стране.

— Вы сказали, что ваш проект включает три прибора. Расскажите про остальные.

— Первый 40‑ваттный скальпель эволюционировал во второй, более мощный. Он называется «Лазер-тул — ​2». Мы увеличили мощность до 120 Вт в непрерывном режиме и до 500 Вт в импульсном излучении. Он будет использоваться в урологии для разрушения камней в мочевом пузыре. К моменту начала программы «Авангард» была только идея. Мы договорились с хирургами, что по их требованиям сделаем экспериментальный образец. Хирурги его опробуют и сформируют медико-технические требования к финишной модели.

— То есть вы ввели дополнительный шаг, чтобы потом не дорабатывать образец, как в случае с 40‑ваттным лазером?

— Верно. К моменту составления технического задания уровень проработки будет достаточно высоким, и готовый продукт выйдет на рынок быстрее. Вообще, создавать продукт вместе с конечным пользователем — ​это очень круто. Он свои «боли» знает лучше, поэтому и продукт получится более конкурентным и востребованным.

— А третий продукт? Какая у него история?

— Третий — ​это лазерный аппарат фотодинамической терапии кожи, позволяющий заживлять раны. Он возник уже во время программы «Авангард» в результате плотной работы с медиками. Выяснилось, что в Сеченовском университете есть собственная разработка — ​аппарат, который при воздействии лазерного излучения на специальную биологически активную субстанцию заживляет порезы, уменьшает швы. Но он их не устраивает, потому что слишком большой, его нельзя применять в стоматологии и отоларингологии. Его надо уменьшить, сделать более удобным. Сейчас они передали нам этот образец на некоторое время. Будем доводить его до ума.

Поделиться
Есть интересная история?
Напишите нам
Читайте также: