Под Южным Крестом

Как провести зимний отпуск? Конечно, отправиться с друзьями-атомщиками в лето и своими глазами увидеть места, где зародилась ядерная энергетика Южной Америки.

Во время короткого полета из Буэнос-Айреса в Барилоче у меня в голове крутилась одна и та же мысль: почему у моих соседок на коленях аккуратно сложены теплые куртки? Буэнос-Айрес плавился от жары, даже ночью температура не опускалась ниже +32. Белокожие шотландцы из нашей делегации, редко видящие солнце, сидели с облезлыми носами и обожженными до пурпурного цвета шеями. Два и два не складывалось.

По следам капитана Гранта

В зале выдачи багажа подозрения, что нас о чем-то забыли предупредить, усилились. Все были в пуховиках и шапках. В первый раз я обрадовалась тому, что уже неделю вожу в тяжеленном чемодане зимнюю московскую одежду. «Ах да, — небрежно бросил Кристиан, высокий рыжеволосый аргентинец богатырского телосложения, – здесь немного прохладно». Кристиан родом из небольшого городка Мар-дель-Плата в 400 км от столицы Аргентины. В Барилоче провел три года — учился в Институте Бальсейро, и всего пару месяцев как вернулся из Парижа, где получил степень магистра в области ядерной энергетики. Это была его идея организовать для молодых атомщиков из разных уголков мира путешествие в Латинскую Америку.
Дрожа как осиновые листья, в шортах и шлепанцах мы добежали до ближайшего такси. Удобно расположившись на заднем сиденье, мы откинулись назад и лишились дара речи. Через панорамное окно мы увидели космос: Млечный путь нереальной красоты и ясности, как на фотографиях Хаббла, Магеллановы облака, Южный Крест, или Мелипал на языке патагонского племени мапуче. Легко различалась темная туманность Угольный мешок. Кристиан рассказал, что у местных студентов есть традиция: они взбираются на гору Серро-Катедраль, острые пики которой напоминают готический собор. Там, на самой вершине, разбивают палатки и всю ночь любуются звездным небом, представляя себя членами экспедиции, искавшей в Андах капитана Гранта.
С крыльца бунгало, где мы поселились, открывался вид на красивейшее озеро Науэль-Уапи, что на языке мапуче означает «Остров ягуара». Есть предание о духе озера, загадочном существе, обитающем на дне (кое-кто даже, говорят, видел его). Но самая невероятная история, связанная с этим озером, произошла на самом деле.

Солнце в бутылке

Все случилось в воскресенье, 24 марта 1951 года накануне конференции министров иностранных дел Панамериканских штатов. Президент Аргентины Хуан Доминго Перон обратился с сенсационным заявлением к прессе: «Мы покорили энергию солнца!», и представил собравшимся никому не известного профессора австрийского происхождения Рональда Рихтера как ученого, возглавляющего аргентинский атомный проект. Уже неделю спустя грудь Рихтера украсила медаль Перониста — в то время высшая государственная награда.
Суть выступления Перона сводилась к тому, что с помощью ядерной энергетической установки на острове Уэмуль на озере Науэль-Уапи ученые получили управляемое высвобождение атомной энергии из термоядерной реакции на термотроне – аппарате авторства Рихтера. Этого удалось добиться с помощью процессов, аналогичных протекающим на Солнце. Когда Рихтеру дали слово, он добавил: то, что американцы получают при взрыве водородной бомбы, в Аргентине получили в лаборатории и под контролем. Совершенно новый способ добычи атомной энергии — без материалов, которые до сих пор считали необходимыми.
С самого начала было ясно, что Перон понятия не имел, о чем говорил. По его словам, открытие, сделанное на острове Уэмюль, позволит продавать энергию в пол-литровых бутылках, как молоко. Мировое научное сообщество не поверило тому, что слаборазвитая страна с 16-миллионным населением смогла обойти сверхдержавы и осуществила управляемый термоядерный синтез раньше всех. Со всех сторон посыпались обвинения в подтасовке научных фактов, и спустя некоторое время Перон отправил для расследования на остров группу ученых под предводительством физика Хосе Антонио Бальсейро. Понадобилось не много времени, чтобы разоблачить проект «Уэмюль». Рихтер с позором покинул Буэнос-Айрес. Это стало самым крупным научным скандалом прошлого века в Аргентине, а то и во всем мире.
По иронии судьбы полное фиаско положило начало научным подвигам Аргентины. После того как Бальсейро раскрыл обман экспериментов Рихтера, он уговорил президента перевезти все дорогостоящее оборудование с острова в близлежащий Барилоче и заняться наконец настоящим делом. Таким необычным образом появился на свет один из самых престижных научных институтов Южной Америки (позже получивший имя Бальсейро). Сейчас он входит в Национальную комиссию по атомной энергии Аргентины, а на его территории разместился Атомный центр Барилоче.

Справка

Кремниевая долина в гараже


В Буэнос-Айресе мы познакомились с двумя энергичными молодыми людьми – Сантьяго Бадраном (на фото) и Эдуардо Ремисом. Эдуардо окончил Институт Бальсейро, а Сантьяго — Национальный технический университет. Впечатленные высказыванием Гюго о том, что миром движут идеи, а не машины, они объединились в 2008 году. Их первый проект – ни много ни мало производство критического компонента для герметизации каналов охлаждения реакторов немецкого дизайна на АЭС «Атуча-1» и «Атуча-2», так называемого кольцевого уплотнителя.
Все свои накопления инженеры инвестировали в новое дело. Чтобы сэкономить на текущих расходах, Эдуардо, как человек, не обремененный семьей, даже перебрался жить в гараж, который и стал штаб-квартирой проекта. С нуля разработали и построили машину, которая автоматизировала производство и стандартизацию кольцевых уплотнителей. Сталь закупили в Германии. Уверенности, что продать эти кольца удастся, не было никакой. В Аргентине их могла приобрести одна-единственная компания — Nucleoeléctrica Argentina (NA-SA). Упорные инженеры за год провели тестовые испытания колец на макете реактора «Атучи-1» и в самом реакторе. Кольца проявили себя превосходно.
Вдохновленные успехом, предприниматели зарегистрировали компанию. В это самое время к ним примкнул еще один энтузиаст. Дамиан Торрес работал без договора и оплаты, он занимался получением сертификата качества ISO-9001 для выпуска механических деталей, использующихся в атомной отрасли. И не подвел: Аргентинский институт стандартизации и сертификации (IRAM) такой документ выдал. Наступил решающий момент. Nuclearis, а именно так была названа компания, бросила вызов двум историческим соперникам — INVAP и CONUAR. Подала заявку на тендер и выиграла!
С 2011 года Nuclearis поставляет свои кольцевые уплотнители на АЭС «Атуча-1», а АЭС «Атуча-2» начала работу уже с ними. Кроме того, компания производит медицинские и промышленные источники кобальта-60, системы анализа и 3D-моделирования для ультразвукового исследования механических деталей. Одно из последних достижений — модернизация и введение в эксплуатацию системы безопасности для бассейна выдержки отработанного ядерного топлива на «Атуче-1». Система обеспечивает транспортировку облученных топливных кассет без столкновений, ударов и повреждений. Каждая операция по перемещению записывается в базу динамических данных. Кроме того, инженеры Nuclearis работают над проектом модульного реактора малой мощности CAREM-25.
Сейчас основатели компании озабочены поиском участка площадью 1000 м2, чтобы перенести свое производство поближе к АЭС «Атуча» и создать атомную Кремниевую долину для таких же старапов, каким была Nuclearis меньше 10 лет назад.

Наш мир лишь голограмма

По залитым солнцем дорожкам мы шли к Атомному центру Барилоче. Поверить в то, что здесь проводятся исследования, очень сложно. Вокруг горы, озера, вековые деревья, разноцветные птицы гуляют по лужайкам. Тут же расположены студенческие коттеджи. Чтобы попасть в институт, нужно выдержать серьезное вступительное испытание: из 140 — 150 желающих отбирают только 30. Стипендия полностью покрывает обучение и проживание, сверх того на руки студенты ежемесячно получают сумму, эквивалентную 500 долларам. Созданы все условия для учебы и исследовательской работы. Я спросила у одного молодого человека, как можно сидеть за учебниками, когда вокруг такая красота? В ответ услышала, что отвлекаться нельзя: не сдашь экзамены — отчислят сразу. Поэтому в горы студенты хоть и ходят, но большую часть времени проводят в библиотеке.
Мы дошли до реакторного здания. Введенный в эксплуатацию в 1982 году исследовательский легководный реактор бассейнового типа RA-6 стал первым полностью аргентинским. Его построила INVAP, высокотехнологичная компания, образованная 30 лет назад как ответвление Института Бальсейро. Тепловая мощность реактора — 1 МВт, топливо — обогащенный до 20 % 235U. В основном RA-6 используется в исследованиях и обучении, но в 2002 году в нем построили бункер для экспериментального лечения онкологических заболеваний бор-нейтронозахватной терапией. Среди пациентов была даже собака, которую избавили от новообразования на шее.
На следующий день мы съездили в INVAP. Компания начинала как поставщик исследовательских реакторов, со временем расширил профиль. Нам показали несколько помещений, отведенных под самое масштабное направление — космические технологии. В одной комнате, высотой в три этажа, стены и потолок покрыты метровыми белыми колючками. Там проводят испытания спутников, имитируя нагрузки и шум при запуске космического корабля, а колючки служат звукоподавляющей защитой. В других комнатах улыбчивые молодые ученые собирают микросхемы. Работают в идеальной чистоте: любая пылинка или волос, попавшие в микросхему, в космосе могут загореться и вывести из строя всю систему.
Несмотря на летние каникулы, повсюду что-то происходит. Вот на специальном устройстве вперед-назад катается часть спутника – тест на сопротивление вибрациям. Вот под потолок взмывает огромных размеров зонд. Там крутятся радары и мигают всеми цветами радуги кнопки на пульте управления. А где-то в темных комнатах в полной невесомости парят солнечные батареи, которые должны давать энергию космическим аппаратам.
Институт Бальсейро в Барилоче за годы существования выпустил многих выдающихся ученых. Например, известного физика Хуана Малдасену, который в 1997 году встревожил весь мир открытием, что Вселенная не что иное, как голограмма. Даже если это и окажется правдой, Сан-Карлос-де-Барилоче – голограмма фантастической красоты.

Поделиться
Есть интересная история?
Напишите нам
Читайте также:
События Технологии
В МИФИ придумали новый способ соединения элементов стенок токамака
Люди Технологии
Сопротивление материалов: Виктор Орлов — о работе ЦНИИТМАШ в новых условиях
События Технологии
Космос, суперкомпьютер и ЕГЭ по физике: новоиспеченные члены РАН из «Росатома» поделились мыслями
Федеральный номер «Страна Росатом» №29 (541)
Скачать
Федеральный номер «Страна Росатом» №29 (541)

В отрасли готовятся к шестой волне COVID‑19 — стр. 2

Преодолеть зависимость от импорта в «Росатоме» рассчитывают
к концу 2023 года — стр. 4

Какие новые компетенции появились на AtomSkills — стр. 6

Скачать
Главное
«Росатом» рассчитывает преодолеть зависимость от импорта к концу 2023 года
События
«Росатом» расторг контракт с генподрядчиком строительства АЭС «Аккую»
Показать ещё