Изотопы по расписанию: как «Росатом» поддерживает ядерную медицину Бразилии

Больше 10 лет из России в Бразилию самолетами еженедельно доставляют молибден-99 и йод-131. С 2019 года — лютеций-177, иттрий-90, кобальт-57 и др. Их ждут в центрах ядерной медицины и больницах, и любая задержка в пути — не просто сбой логистики, а потеря драгоценного времени, зачастую критически важного для тяжелых пациентов.

На церемонии в честь 70-летия Института энергетических и ядерных исследований (IPEN) «Росатом» особо отметили за многолетнее партнерство и вклад в научное, технологическое и академическое сотрудничество России и Бразилии. Директор IPEN Изольда Коста вручила памятный сертификат директору регионального центра «Росатома» в Латинской Америке Ивану Дыбову.

Около 30 % потребностей Бразилии в медицинских изотопах обеспечивает Всерегиональное объединение (В/О) «Изотоп», компания «Росатома». На основе этих изотопов изготавливают радиофармпрепараты для исследований сердца и костной системы, лечения щитовидной железы, некоторых видов рака и др. IPEN — крупнейший представитель индустрии, на долю института приходится около 90 % производства радиофармпрепаратов в Бразилии.

Непрерывная цепочка

Медицинские изотопы — груз особый. Одни сохраняют нужную активность несколько дней, другие — лишь несколько часов. Поэтому все звенья — производство в России, доставка в Бразилию, таможня, контроль качества, изготовление препарата и визит пациента в клинику — должны четко и последовательно соединяться в цепь. Ее потенциальная уязвимость проявилась в 2020 году. В пандемию международные авиамаршруты закрывались один за другим, и, чтобы исправно поставлять изотопы, «Росатом» оперативно перестраивал логистику.

Флавия Курковски, врач ядерной медицины Института мозга Федерального университета Риу-Грандиду-Сул, хорошо знает цену потерянному времени. «Многие пациенты преодолевают сотни километров, приезжают с родственниками, несут расходы на дорогу и гостиницу. Отмена процедуры в последний момент — всегда очень непростая ситуация», — говорит она. Были и трагические случаи. Флавия Курковски вспоминает пациента с запущенным раком предстательной железы, которому была показана терапия лютецием-177. Согласование лечения со страховой компанией затянулось на месяц, состояние пациента стало необратимым — вскоре он скончался. Флавия Курковски подчеркивает: напрямую связывать смерть с задержкой терапии нельзя, тем не менее при быстро прогрессирующем заболевании любое промедление существенно сокращает возможности оказать помощь. И наоборот. «Когда радиофармпрепарат применяется в нужный момент, мы видим очень хорошие результаты», — отмечает врач.

В августе этого года предложение В/О «Изотоп» оказалось лучшим в тендере IPEN на поставку лютеция-177 без носителя. 26 партий изотопа суммарной активностью 220 Ки поставят в течение года.

На основе лютеция-177 изготавливают радиофармпрепарат Lu-177-PSMA, который связывается с мишенью в опухолевых клетках и воздействует преимущественно на пораженную ткань. При метастатическом раке предстательной железы Lu-177-PSMA ослабляет симптомы, улучшает качество жизни и увеличивает ее продолжительность.

Поставщик и партнер

Ядерная медицина порой полностью меняет траекторию постановки диагноза. Позитронно-эмиссионная томография, совмещенная с компьютерной томографией (ПЭТ/КТ), дает возможность за одно исследование оценить состояние всего организма, обнаружить опухоль, ускользнувшую от других методов, целенаправленно выбрать участок для биопсии и существенно ускорить определение тактики лечения. Для пациента это переход от неопределенности к понятному плану действий.

Если в странах с высоким уровнем дохода на один аппарат ПЭТ/КТ приходится примерно 200–300 тыс. жителей, то в странах Латинской Америки — 1 млн и больше. К тому же около 70 % центров ядерной медицины региона сосредоточено в Бразилии, Аргентине и Мексике. В удаленных районах такого оборудования иногда нет вообще.

Поэтому «Росатом» в Латинской Америке, уточняет Иван Дыбов, не просто поставщик, а партнер в развитии ядерной медицины. «Для нас это важно — создавать инфраструктуру, готовить специалистов, развивать компетенции стран. Чтобы современные методы и технологии становились доступнее», — поясняет он. Так, в Боливии, в городе Эль-Альто, «Росатом» построил центр ядерных исследований и технологий с циклотронно-радиофармацевтическим комплексом, рассчитанным на производство препаратов для 5 тыс. терапевтических и диагностических процедур в год.

Не только медицина

Бразилия остается крупнейшим партнером «Росатома» в Латинской Америке. Уже почти пять лет по результатам открытого тендера госкорпорация обеспечивает 100 % потребностей АЭС «Ангра» в обогащенном урановом продукте. В прошлом году «Росатом» выиграл тендер на конверсию и обогащение урана, добытого в Бразилии. До 275 т концентрата с месторождения Каэтите отправляются в Россию на переработку и возвращаются в виде продукта для изготовления ядерного топлива. В июне этого года стороны договорились увеличить объем на 25 %.

Справка

IPEN (Instituto de Pesquisas Energéticas e Nucleares) — один из ведущих ядерных научно-исследовательских центров Латинской Америки. Подчиняется Национальной комиссии по ядерной энергии Бразилии (CNEN), расположен в кампусе Университета Сан-Паулу (USP).