«Попросил развернуть ледокол в сторону радуги». Фотограф Никита Грейдин побывал на ходовых испытаниях «Арктики»

Фотограф Никита Грейдин почти два месяца провел на ходовых испытаниях «Арктики» по приглашению пресс-службы Балтийского завода. Крепил камеру на носовой мачте, делал снимки судна с квадрокоптера и снимал шторм с палубы ледокола. Он рассказал нам, как это было.

Я был на ходовых испытаниях дважды по три недели. Разместились мы в одной каюте с сотрудником Балтийского завода. По соседству с нами была кают-компания: утром первыми приходили на завтрак — ​очень удобно.

Во время съемок скучать некогда. На каждый день я составлял себе техзадание — ​важно было ничего не упустить: показать работу центрального пункта управления, валопровода, паротурбинной установки, вертолетной площадки, катеров. Я сразу уточнил, когда можно снимать рабочий процесс, а когда нет. В таких съемках важно соблюдать технику безопасности. На ледоколе много механизмов, и если не знать, как они работают, можно легко травмироваться.

В первый день, когда ледокол только собирался отходить от Балтзавода, я установил камеру на носовой мачте, чтобы сделать ускоренную съемку в режиме таймлапс. Когда судно начало движение, я решил, что лезть на мачту за камерой может быть опасно. Попросил боцмана Антона Скорба мне помочь. И всем коллегам-журналистам советую в случае сомнений обращаться к знающим людям. Не рисковать, чтобы не навредить здоровью и показать экипажу, что вы ответственно относитесь к своей работе.

Экипаж «Арктики» оказался очень дружелюбным. Люди не отказывались от съемки, но и не позировали на камеру, вели себя естественно. Все понимали, что я тоже выполняю свою работу, что мы трудимся над одним большим делом.

Первый помощник капитана Василий Губкин тоже всегда шел навстречу. Даже когда я попросил его развернуть ледокол в сторону радуги, чтобы сделать красивый кадр.

У меня сложились хорошие отношения со многими членами экипажа, со специалистами с Балтийского завода, которых командировали на испытания, — ​к слову, к работе было привлечено около 400 человек. Мне охотно рассказывали, как устроен ледокол, что происходит на капитанском мостике, как работает рубка и различные пульты.

Я спускался в центральный пункт управления, общался там со специалистами и членами сдаточной команды. Пил чай со спасателями — ​я фотографировал их во время учений на вертолетной площадке, когда они тестировали пожарные лафеты.

А вот поснимать с вертолета мне, к сожалению, не дали. Вертолет на ледоколе использовали только для тестирования вертолетной площадки, отрабатывали различные маневры.

Но сделать фото с высоты мне все-таки удалось. Я брал с собой квадрокоптер. Было два удачных взлета, но в третий раз я с трудом посадил аппарат, повредил лопасти.

За время испытаний удалось застать самую разную погоду. В июле светило солнце, можно было спокойно выходить на палубу в футболке, легких штанах, кроссовках и комфортно работать даже ночью.

Были два дня, когда мы попали в небольшой шторм, четыре-пять баллов. Тогда пришлось утепляться. Хорошо, что я взял с собой непромокаемую куртку, а моя камера и объективы водонепроницаемы. Морской болезни у меня никогда не было — ​легкая качка на ледоколе гораздо комфортнее полного дрейфа.

В конце августа, на последних ходовых испытаниях, погода была совсем другая. Помню, как мы шли на полном ходу. Было ветрено, но солнечно. Я сделал фото волн, которые бились о борт, практически накрывая надстройку судна. В тот момент у меня была возможность поснимать эти волны с палубы ледокола. Мне удалось сделать всего пару кадров и записать минутное видео. Потом пришлось уйти — ​дул очень сильный ветер. Но получилось эффектно.

Замеры электромагнитных излучений.


«Арктика» в Финском заливе. Съемка с квадрокоптера.


Испытания вертолетной площадки.


Вид с открытой палубы ледокола.


Капитал ледокола Олег Щапин на капитанском мостике.


Слесарь-монтажник Павел Прокопец испытывает кормовой пожарный лафет.


Замер осадки атомного ледокола перед скоростными испытаниями.

Поделиться
Есть интересная история?
Напишите нам
Читайте также: