Капитан своей судьбы: как Роман Подгурский вернулся в спорт после тяжелой травмы

С капитаном футбольной команды Центрального конструкторского бюро машиностроения (ЦКБМ) и ведущим специалистом Производственной системы «Росатом» Романом Подгурским говорим о том, как сила характера и поддержка близких помогают справиться с самыми серьезными испытаниями. Надеемся, его история преодоления станет для кого-то опорой в трудный момент.

— Как давно вы играете в футбол?

— С самого детства. Но тогда это был второстепенный для меня вид спорта — любимым был баскетбол. Серьезно занялся футболом только в 28 лет, после тяжелой травмы.

В мае 2014 года мы с братом поехали отдохнуть на озеро: он был за рулем, я сидел рядом. В какой-то момент брат не справился с управлением. Машину вынесло на обочину, она перевернулась. Меня выбросило из салона, пассажирское место, на котором я сидел, раздавило упавшим деревом. В больнице выяснилось, что брат почти не пострадал, а у меня — вывих тазобедренного сустава и крайне сложный перелом руки. Через день началась гангрена, руку пришлось ампутировать.

— Наверное, примириться с такой новостью было невероятно тяжело?

— На удивление, нет. Когда стало ясно, что без ампутации не обойтись, врачи попросили родных сообщить мне об этом. Родители не могли говорить на эту тему, поэтому пошла моя жена Настя, которая была на восьмом месяце беременности. Помню, как она зашла в палату и все рассказала. У меня в горле стоял ком, слезы подкатывали. А она сказала: «Не дай бог увижу хоть одну слезу — сразу уйду. Мне все равно, есть у тебя рука или нет. Но мне нужен рядом сильный человек. Ты для меня полноценный — с рукой или без. И ты можешь все». И знаете, сразу расхотелось плакать. Мы потом вместе выбирали протезы. Стоимость, конечно, удивила — очень дорого. Если бы жена начала меня жалеть, если бы плакала надо мной, все могло пойти по другому сценарию. Я мог проникнуться мыслью, что теперь инвалид и мне ничего не нужно. Но ее спокойствие и сила помогли быстро прийти в себя и сосредоточиться на восстановлении.

— Каким был этот путь?

— Несколько месяцев провел в больнице. Довольно быстро начал учиться писать левой рукой, хотя до этого был правшой. Ко мне приходили коллеги, друзья, бывшие одноклассники — казалось, весь Сосновый Бор поддерживает. Это было невероятно важно. Позже, когда я искал протез и изучал технологию, встречал много людей с инвалидностью. По глазам было видно, что рядом с ними никого нет, это тяжело.

Ровно через месяц после аварии, 25 июня, у меня родилась дочка. В память об этом дне я теперь всегда играю под номером 25. После выписки вернулся на работу, через год после аварии снова сел за руль, причем это была праворульная машина. 9 ноября 2021 года у нас родился сын Марк.

— Когда вы пришли в ЦКБМ?

— В 2016 году. Поначалу брать не хотели: боялись, что из-за инвалидности я не справлюсь. Но я убедил, что смогу, и стал мастером по термообработке. Потом работал начальником заготовительного производства, сейчас занимаюсь Производственной системой «Росатом». Мой отчим Геннадий Игоревич Баландинский тоже работал в ЦКБМ — он очень уважительно относился к предприятию и коллегам и передал это отношение мне.

— Как скоро вы вернулись в спорт после операции?

— Примерно через год. До травмы я серьезно занимался волейболом и баскетболом — был одним из лучших баскетболистов в Сосновом Бору, имел спортивные разряды. Пробовал вернуться, но понял, что играть на прежнем уровне не получится. Решил сосредоточиться на футболе, которым раньше занимался от случая к случаю. Первое время было тяжело. Координация почти на нуле, голова кружилась, все время тянуло в сторону из-за отсутствия руки. Но постепенно становилось легче. Сейчас у меня около тысячи сыгранных матчей и примерно 400 забитых голов. На баскетбол хожу с детьми, объясняю им тонкости игры. Дети очень мотивируют. У дочки разряд по настольному теннису, еще она занимается танцами в стиле хип-хоп. Единственное, о чем жалею: дети не успели увидеть меня таким, каким я был раньше — городской звездой баскетбола.

— Если сравнивать двух Романов, до и после, — в чем разница?

— Я стал спокойнее, рассудительнее. Теперь спорт для меня — настоящая отдушина. Изменилось и отношение к окружающим. Раньше во мне было много импульсивности, эмоции брали верх. Сейчас работает в первую очередь голова, это сильно помогает в жизни. Я много общаюсь с разными людьми, часто замечаю, что на меня смотрят с предубеждением. Тогда я спокойно объясняю, что отсутствие руки — вовсе не приговор. Общаюсь с ребятами, вернувшимися с СВО. Стараюсь донести до них, что жизнь продолжается.

— А как относитесь к шуткам над собой?

— Нормально, сам люблю пошутить. На поле могу встать на ворота и сказать: «Давай, бей мне в правый угол!» Я приспособился к такой жизни и хочу показать другим, что справляться с трудностями можно и нужно.

— Какие у вас спортивные планы?

— Выиграв турнир памяти Сергеева, я закрыл один гештальт, но тут же появилась новая цель — турнир по мини-футболу памяти Славского (см. «Именные матчи». — «СР»). Весной с профсоюзной организацией я организовал в ЦКБМ кружок настольного тенниса. Играем по воскресеньям, будем рады видеть всех желающих. Я тоже активно занимаюсь, хотя отбивать левой рукой непросто, все время хочется действовать правой, есть сложности с подкидыванием мяча для подач. Мой бывший тренер говорит: «Приходи, сделаю из тебя мастера спорта. Поедешь на Паралимпиаду». Мне эта идея нравится. Думаю, стоит попробовать.

Именные матчи

В августе в Санкт-Петербурге на седьмом турнире по мини-футболу памяти гендиректора ЦКБМ Евгения Сергеева сразились 12 команд машиностроительного дивизиона «Росатома». Первое место заняла сборная ЦКБМ, второе — ОКБМ им. Африкантова, третье — «Атоммаша».

Шестой Международный отраслевой турнир по мини-футболу памяти Ефима Славского стартовал в конце октября. После отборочных игр в дивизионах лучшие команды встречаются в финале в Москве.