«Чувство свободы и эйфории»: про восхождение на самую высокую вершину России

Ведущий инженер отдела ядерной безопасности и надежности Балаковской АЭС Наталья Новикова в 2025 году осуществила свою давнюю мечту — вместе с сыном поднялась на Казбек (5033 м) и Эльбрус (5642 м). Вряд ли этот опыт смогут повторить многие, но умение добиваться самых высоких целей воодушевляет.

Горные «странники»

В 2022‑м от своей полной тезки с Нововоронежской атомной станции Наталья Новикова узнала про клуб «Странник». Он организует в России туры разной сложности, в том числе горные походы. Вскоре наша героиня тоже стала «странницей».

Сначала была разминка — поездка в Адыгею и восхождение на гору Оштен высотой 2804 м, сложность 3 из 10. «Хотя гора Оштен и невысокая, но покорить ее удалось с трудом. По дороге был всего один ручей. В августе, практически без воды, путешествие показалось изнуряющим. При спуске колени с непривычки сильно болели. Но это был хороший опыт», — вспоминает спортсменка.

Через год — альпинистский лагерь Безенги, сложность 5 из 10. «Здесь мы поднялись на высоту 3,2 тыс. м над уровнем моря. Впервые прошли по леднику, которому более тысячи лет, увидели горных коз, невероятное по красоте голубое озеро, великую Безенгийскую стену», — рассказывает Наталья Новикова.

Не хватило подготовки

В 2024‑м наша героиня вместе со старшим сыном Романом, инженером отдела ядерной безопасности и надежности Балаковской АЭС, решили взойти на Эльбрус, высочайшую вершину Европы, 5642 м. «После 3,5 тыс. м в организме практически каждого человека начинают происходить сбои. Проявляются болячки, которые раньше не давали о себе знать, — продолжает Наталья Новикова. — Нас предупредили, что часть восхождения можно проехать на ратраке — гусеничной машине для уплотнения снега, и практически вся группа решила воспользоваться им. Мы же хотели подняться на вершину и спуститься сами — испытать свои возможности. Иначе для чего, спрашивается, в горы идти?»

Но тогда балаковские атомщики смогли подняться только до скал Пастухова (4,7 тыс. м) и вернулись назад — не хватило подготовки. Весь следующий год Новиковы усиленно тренировались. Наталья и раньше ходила в тренажерный зал, но с января 2025‑го начала заниматься серьезнее. Увеличила количество кардиотренировок на выносливость, с апреля дополнительно каталась на велосипеде. Говорит, при восхождении очень мешают лишние килограммы собственного веса, поэтому поставила задачу — к июлю похудеть на 7 кг. И сделала это.

Казбек: командная работа

Для лучшей адаптации Новиковы решили сначала подняться на вершину Казбека. Это был совершенно новый уровень похода. Если раньше после каждого выхода они возвращались на ночевку в гостевые дома, где были вполне комфортные условия, и, самое главное, шли налегке — несли рюкзаки до 5 кг, то теперь на плечах пришлось нести уже 15–20 кг. И так каждый день. На ночлег располагались в палатках, еду готовили сами. Ранний подъем, сборы — и шли дальше.

«Казбек — довольно сложная гора в плане восхождения, так как мы идем по закрытому леднику и не видим трещин и провалов под слоем снега. Это уже уровень альпинизма, здесь надо идти в связке по четыре-пять человек. Если один из туристов провалится, остальные должны его вытащить. Идти в связке — командная работа, приходится подстраиваться под общий темп. Подъем на вершину Казбека (с 3950 до 5033 м) и спуск с вершины до высоты 2,3 тыс. м — все это практически за сутки. На следующий день ног не чувствовала, — вспоминает наша героиня. — На Казбек мы поднялись 27 июля в семь утра. Наша группа была первой, мы находились на вершине одни. Все смеялись, обнимались, вглядывались в горизонт, пытаясь увидеть что-то новое и на всю оставшуюся жизнь запечатлеть этот момент. Казалось, мы были на вершине мира! Вокруг простор, и в каждой стороне своя удивительная картина. Легкая дымка придавала видам таинственность и сказку. Чувство свободы и эйфории, что осуществилась мечта, было у всех. Когда есть цель и стремление — все удается».

Эльбрус: вызов себе

А уже через три дня, 30 июля, Новиковы отправились на Эльбрус.

«Мы, конечно, не восстановились, но обещали ухудшение погоды, и мы торопились. Не хотели, чтобы все наши подготовительные усилия оказались напрасными», — продолжает Наталья Новикова.

Здесь были совершенно другие условия. С высоты 4 тыс. м до высоты 5,1 тыс. м угол уклона составлял 35–40 градусов. Этот участок спортсмены прошли на пределе возможностей. «Его все проходят ночью, когда физиологически должны спать. И это изматывает организм еще быстрее. Но мысли развернуться назад у меня ни разу не возникло, в голове четко стояла установка: идти, чтобы не подвести группу и не отставать», — вспоминает наша героиня.

Спортсмены подбирали разные техники восхождения: прямо, зигзагом. Самое главное — идти и держать дыхание. Вот впереди показались перила — участок на Эльбрусе после седловины горы очень сложный, там надо использовать ледоруб и карабин и постоянно пристегиваться к перилам. Затем плато Зомби и сама вершина. Встал вопрос: а хватит ли сил на спуск, если продолжить восхождение? Атомщики решили продолжить и не прогадали.

«Я не только поднялась на Эльбрус, но затем и спустилась до приюта ногами, а не на ратраке. Время подъема с 22:30 до 10:30 (вершина) и спуск в лагерь к 13:30. За 10 дней похода и восхождения на две вершины потеряла три килограмма. Но человеческий организм способен творить чудеса — глаза боятся, а руки и ноги делают. Вся проблема в голове, там все страхи. Если отключить голову, то организм справится, и все получится», — убеждена Наталья Новикова.

На вершине Эльбруса Новиковы развернули флаг Балаковской АЭС. «Вид с вершины был потрясающий! В этот день на горизонте не было практически ни одного облачка. Как будто кто-то сверху, зная все наши пережитые страдания, решил наградить нас живописными видами, — делится эмоциями альпинистка. — Воздух был чистый, дышалось легко. Обычно в особо трудные или волнующие моменты я могу расплакаться, но здесь слез не было. Слабость и усталость улетучились. Все не раз обнялись, поздравили друг друга и пожелали удачи всем, кто был в этот момент на вершине. Чувство свободы и эйфории длилось до высоты 5,1 тыс. м. Казалось, что не иду, а лечу над снегом, как бабочка. Возможно, это от недостатка кислорода, но было очень круто!»