Виктор Питель: «20 лет жизни прошло не зря»

Системе государственного учета и контроля ядерных материалов в этом году исполняется 20 лет. О том, что было до нее, как она строилась и как работает, рассказал начальник управления ядерных материалов «Росатома» Виктор Питель.

Учет и хранение ядерных материалов с самого начала регулировали жесткие инструкции специальных органов. Эта была продукция наивысшей секретности. Но системы учета в сегодняшнем понимании не существовало: перед атомщиками стояли совсем другие задачи. Следили не столько за тем, чтобы материалы не похитили и продали за рубеж (граница была под замком), сколько за тем, чтобы их не потеряли или не испортили.
Пока атомная отрасль работала сугубо на оборону, ничего не менялось. И даже когда построили первую АЭС, ее местонахождение тщательно скрывали. Но со временем атомная энергетика стала частью народного хозяйства. Появились многотысячные коллективы, мощные производства, уникальные технологии. Началось сотрудничество с другими странами, мы сооружали станции за рубежом, поставляли топливо, и сейчас примерно 40 % обогащенного урана и 15 — 17 % топлива для АЭС производится в России.
На международном рынке действуют строгие требования учета и контроля ядерных материалов. Их соблюдение — вопрос престижа, а в некоторых случаях — условие сотрудничества с зарубежными партнерами. И для обеспечения более благоприятного режима работы нашей энергетики и топливного комплекса начала создаваться система учета и контроля ядерных материалов, базирующаяся уже на гарантиях нераспространения. Это принципы МАГАТЭ, сооснователем которого выступал Советский Союз.
Система государственного учета и контроля ядерных материалов базируется на федеральном законе об использовании атомной энергии и других законах, указах президента, постановлениях правительства, федеральных нормах и правилах. И многие из них были инициированы в атомной отрасли.

Дозиметристы-авантюристы

По словам Виктора Пителя, самый тяжелый период для обеспечения сохранности выпал на 1990-е годы. Почему-то многие были уверены, что килограмм природного урана стоит миллионы долларов. Во-первых, это совершенно не соответствует действительности: цены гораздо ниже. Во-вторых, килограммы никому не интересны. Компаниям нужны десятки и сотни тонн урана, причем полученного законным путем. Такого рода сделки контролирует МАГАТЭ, и получить из-за левой покупки неприятности, лишиться всех лицензий, прав и стать изгоем в сообществе, где все заказчики и поставщики друг друга знают, никто не рискнет.
«В 1990-е, когда системы не было ни в головах, ни в стране, утечки обнаруживались, это не секрет, — рассказывает Виктор Питель. — Вот неожиданно всплывает материал. Откуда он взялся, с какого производства, может определить аналитическая лаборатория. Хотя раз нашли топливные таблетки, а таких у нас вообще не делают. Но кто-то из ветеранов вспомнил, что такие пытались сделать. Это было давно, эксперименты ничем не закончились. Лежали таблетки в лаборатории, потом, когда надо было проводить инвентаризацию, их переложили. А теперь нашли. Делящиеся вещества — материал строгой отчетности, однако есть нормы потери при производстве. И вероятно, кто-то создавал себе запас на случай ЧП — чтобы возместить потерю. ЧП не происходило — запасец рос. А потом от греха подальше выкинули, избавились от излишков. В металлолом сбросили, там материал и обнаружили».

Документ высшего уровня

Но вернемся к учету и контролю ядерных материалов. «Когда я пришел в министерство в 1999-м, оказалось, что информации, сконцентрированной в одном месте, просто нет. Более того, не было человека, который мог точно сказать, где какие ядерные материалы находятся. В каждом департаменте — тогда главке, были люди, которые занимались этой темой. Знали свои предприятия, какая-то своя была у них система отчетности. Нет, в принципе, все держали под контролем. На каждом предприятии свои службы обеспечивали учет и контроль. Но так чтобы вместе и одновременно — не было. И никто не мог сказать, как это сделать», — вспоминает Виктор Питель.
Концепция создания системы контроля ядерных материалов была определена в 1996 году, правила организации системы — через два года. Положение об учете и контроле от 2000 года определило способы взаимодействия предприятий в отрасли. Считалось, что есть Минтранспорта, Минпромышленности, Минобразования и науки, Академия наук, и они должны создавать свои, внутриведомственные системы отчетности. Потом передавать результаты в Минатом, который и будет их обобщать. Но когда коснулись реальной работы, выяснилось, что 99,9 % ядерных материалов находятся в системе Минатома. А в науку, образование, транспорт, медицину переданы крохи, ради которых не стоило создавать отдельные системы учета.
Постановлением правительства «Росатому» даются права издавать документы, область действия которых выходит за пределы отрасли. И есть документ высшего уровня — Государственный регистр ядерных материалов. Перечень лиц, которые имеют право доступа к некоторым частям этого информационного ресурса, утверждает лично первый заместитель генерального директора «Росатома». «Созданный нами единый регистр решает задачи не только сохранности, но и участвует в управлении технических и экономических составляющих деятельности атомной отрасли», — отмечает Виктор Питель.
В управлении на учете все материалы, кроме тех, что находятся в ведении Министерства обороны. «Мы сделали топливо или боеприпас, отдали в Минобороны, и дальше вся информация у них, — поясняет Виктор Питель. — Потом, спустя какое-то время, эта дверца открывается и оттуда выезжает либо ядерный боеприпас на разделку или переработку, либо топливо с подлодки, и мы опять ставим его на учет. Что с ним происходит в оборонном ведомстве, мы не знаем».
Система контроля настроена на весь жизненный цикл ядерных материалов, поэтому документы хранятся десятки лет. Уран, например, вносится в регистр, когда из руды сделали концентрат. Когда его в виде отходов сдали на хранение, учет заканчивается.
Точной даты начала работы системы учета на самом деле нет. В управлении решили вести отсчет с 1995 года, когда вышел закон об атомной энергии. И сейчас осуществлением государственной политики в области учета и контроля занимается «Росатом». «Чему мы очень рады. 20 лет жизни прошло не зря!» — гордится Виктор Питель.

Досье
Виктор Питель Выпускник МИФИ, кандидат технических наук. Начальник управления ядерных материалов «Росатома» с апреля 2007 года, до этого заместитель начальника управления бюджетного планирования и государственного заказа «Росатома».
Поделиться
Есть интересная история?
Напишите нам
Читайте также:
События Технологии
В МИФИ придумали новый способ соединения элементов стенок токамака
Люди Технологии
Сопротивление материалов: Виктор Орлов — о работе ЦНИИТМАШ в новых условиях
События Технологии
Космос, суперкомпьютер и ЕГЭ по физике: новоиспеченные члены РАН из «Росатома» поделились мыслями
Федеральный номер «Страна Росатом» №29 (541)
Скачать
Федеральный номер «Страна Росатом» №29 (541)

В отрасли готовятся к шестой волне COVID‑19 — стр. 2

Преодолеть зависимость от импорта в «Росатоме» рассчитывают
к концу 2023 года — стр. 4

Какие новые компетенции появились на AtomSkills — стр. 6

Скачать
Главное
«Росатом» рассчитывает преодолеть зависимость от импорта к концу 2023 года
События
«Росатом» расторг контракт с генподрядчиком строительства АЭС «Аккую»
Показать ещё