Авторизация Регистрация

Запомнить меня
Забыли пароль?

Сброс пароля

Свежий номер уже доступен

ПСР плюс «цифра»

С директором по развитию Производственной системы «Росатом» Сергеем Обозовым мы встретились после управляющего совета. Говорили об итогах заседания, о том, чем полезен «рукопашный» производственный контроль, как «бережливая» практика распространится на всю страну и кто этим займется.


— Как прошел управляющий совет?

— Мы подробно обсуждали баланс между отраслевым и страновым заказом. Думаю, идеальное соотношение вряд ли достижимо. Но наши сотрудники — тоже жители России, и усилия по распространению бережливого производства позитивно отражаются и на атомщиках.

Что касается отрасли, то главное сейчас — строительство АЭС за рубежом. Важная задача для ПСР связана с системой планирования и контроля в проектном блоке. Нужно ее синхронизировать с закупками и стройкой.

Мы переходим от аналоговой ПСР к цифровой. Например, показали участникам совета, как в проектировании осуществляется «рукопашный» производственный контроль с подробной визуализацией — когда все вручную и наглядно. И показали, как потом все это загружается в компьютер, который помогает планировать ресурсы, определять загрузку конкретного проектанта. Так рассчитываются трудозатраты по проекту.

Toyota, имея продвинутые цифровые системы, от «рукопашной» работы на площадке все равно не отказывается. Визуализация, все эти кружочки, роспись проблем — необходимость. Значит, должен быть не переход от «аналога» к «цифре», а совмещение — ПСР плюс «цифра».

— Опыт Toyota натолкнул на мысль создать платформу знаний ПСР?

— Да, мы будем делать платформу, которая объединит лучшие практики. Ведь мы получаем порой отличные результаты, но не всегда успеваем проанализировать, как именно их получили. В рамках управляющего совета мы встретились с великим нижегородцем Вадимом Аркадьевичем Лапидусом. Ему 75 лет, и он тоже линовец (от англ. lean — бережливое производство. — «СР») еще времен научной организации труда. Он мне сказал интересную вещь: «Знаете, в чем проблема? Вы не собираете и не систематизируете знания, которые неожиданно получаете. Не анализируете, не собираете и не упаковываете их, а летите дальше. Понимаю, что некогда. Тогда найдите тех, кто соберет».

Сначала, конечно, мы сами займемся платформой: установим правила, соберем начальную информацию. Проект поручен Ксении Сухотиной, гендиректору ОТЭК. А потом будем пускать на платформу тех, в ком уверены: ​они будут использовать эти знания не для перепродажи, а для того, чтобы изменить себя и ситуацию вокруг себя.

— Еще есть проект подготовки кадров для страны. Расскажите о нем.

— Мы пришли к выводу, что нужен институт, который будет специализироваться на обобщении и систематизации опыта по бережливым технологиям. Губернатор Глеб Никитин предложил открыть такой в Нижегородской области на базе организации близкого профиля. Это будет что-то типа Центрального института труда, созданного Гастевым в 1920-е годы.

— По бережливым технологиям «Росатом» сотрудничает с несколькими регионами. Глава корпорации Алексей Лихачев сказал, что теперь мы переходим к проактивной работе. Что это значит?

— Мы ведем работу в девяти регионах, которые к нам сами обратились: губернатор где-то слышал, что методы бережливого производства работают, и захотел их применять. Но теперь, при всем уважении к желанию глав администраций, мы скорее будем смотреть на территории, где у «Росатома» есть серьезные интересы. Таких регионов 14. Пока не хотел бы оглашать список. Не факт, что все войдут в итоговый перечень.

— Там расположены предприятия отрасли?

— Да. Или там сосредоточены наши предприятия, или мы там строим крупный объект, или видим потенциал для нового бизнеса.

— Потому что ресурсов на все регионы не хватит?

— Именно. Более того, мы предлагаем правительству применять в регионах наш подход — ежегодные рейтинги ПСР-предприятий: лидеры, кандидаты, резерв. Лидеры у нас показывают, как надо делать. Кандидатам мы помогаем, и они стремятся к лидерству. Резерв в основном что-то делает самостоятельно — то, что может.

— А кто будет такие рейтинги составлять?

— На мой взгляд, это может делать только правительство. Поэтому, кстати, на управляющем совете присутствовал замминистра экономического развития Петр Засельский, который отвечает за производительность труда. Надеюсь, в ближайшее время будет решение о том, как проводить оценку.

— Видимо, активность регионов во внедрении бережливых технологий будет влиять и на оценку деятельности местных властей?

— Есть ряд параметров, по которым глава государства будет оценивать работу губернаторов. Мы видим, что во многих случаях некоторые показатели можно существенно улучшить с помощью ПСР. Думаю, это и сформировало спрос на наши компетенции.

— Регионы нужно вооружить специалистами по ПСР. Будете отдавать лучших?

— Не факт. Здесь своя драматургия. С одной стороны, страна бурлит, страна зовет — повсеместно огромные потери в процессах. С другой стороны, многие наши пээсэровцы застоялись. Как боевые командиры: войны нет — начинают хиреть. Можно и не уходить, а работать на регион, где базируются наши заводы. Плотное сотрудничество с руководством региона может дать коллективам заводов много неожиданных выгод.

— То есть в «Росатоме» боевых задач не осталось?

— Конечно, остались. Но тем, кто пять — семь лет работает на одном месте, хочется больших вызовов. И надо подтягивать новичков, им будет сложно, но интересно.

Представим себе гендиректора предприятия. Ему, конечно, жалко людей направлять в регион. Но не исключено, что некоторые и так ищут другую работу. Они натренировались и могут в пять раз больше, а им этого не дают. Что делать? Если таких людей не загрузить, они, скорее всего, через год уйдут. К конкурентам. Сейчас все промышленные компании в стране проснутся, все будут производственные системы создавать и развивать. И наши специалисты пойдут к ним. Задача — не допустить хаотичного кадрового перемещения, сделать его управляемым.

— Будет конкурс для тех, кто займется распространением бережливых технологий в регионах?

— Мы оценили, что на страну нужно примерно 35 человек. Да, скорее всего, будет конкурсный отбор. Пускай сами отзовутся те, кто чувствует в себе силы.

— А этих 35 человек в отрасли кто заместит?

— Позовем молодых ребят, кто год-два поработал, сделал один-два проекта, у кого есть наглость и амбиции заявить: я готов, я хочу больше. Наша задача — чтобы кадровый лифт стал в несколько раз быстрее, чем сегодня.